Как расследовали бы авиакатастрофу “Вагнера” на Западе: рассказывает эксперт

[ad_1]

По словам экспертов, обычно при расследовании авиакатастроф они работают с производителем самолета и рассматривают возможные механические причины, изучают прогноз погоды, а также возможность внутренних или внешних взрывов, например, бомб или ракет.

Международный эксперт по авиапроисшествиям объяснил Euronews, какие шаги обычно предпринимаются для расследования катастрофы, подобной той, в которой, по всей видимости, погиб главарь наемников “Вагнера” Евгений Прогожин.

РЕКЛАМА

Исмо Аалтонен, бывший главный финский специалист по расследованию авиационных происшествий, сказал, что существует большая вероятность того, что в катастрофе был замешан “криминальный акт”, указав на обстоятельства, сопутствующие инциденту.

“Если посмотреть на владельца самолета и людей, находившихся на борту, то можно сказать, что существует большая вероятность преступного деяния”, – сказал он.

Он предположил, что, судя по просмотренной им видеозаписи катастрофы, самолет мог развалиться в полете.

“Когда я просматривал видеозапись, я попытался немного увеличить масштаб, и мне показалось, что хвостового оперения нет, – сказал Euronews следователь со стажем. – Значит, оно, скорее всего, было отрезано в воздухе, так что разрыв в полете вполне возможен”.

Однако, по словам Аалтонена, к расследованию нужно подходить непредвзято и сначала попытаться исключить различные возможные причины.

Это включает в себя поиск деталей самолета, изучение погоды в тот день, истории самолета, подготовки пилотов и записей о техническом обслуживании.

“Затем, когда мы окажемся на месте аварии, мы уберем обломки в ангар и начнем техническое расследование, – сказал он. – Например, работали ли двигатели? Мы используем контрольные списки, чтобы ничего не упустить. Конечно, нам нужна команда специалистов на месте, и в этом случае, поскольку самолет был произведен в Бразилии, необходимо уведомить об этом бразильские следственные органы. Они имеют право назначить аккредитованных представителей для участия в расследовании, и они отправятся в Россию для оказания помощи”.

Однако эксперт признал, что этого может и не произойти, учитывая нынешние условия в России, и указал на практические трудности, с которыми могут столкнуться следователи.

Например, если в самолете был установлен “черный ящик”, то “самописцы часто встраиваются производителями в США, а они не поставляли никаких деталей в Россию в течение четырех или пяти лет, или что-то в этом роде, поэтому в связи со всем этим может возникнуть множество проблем”.

По его словам, механические неисправности “очень редки”, но они должны быть исключены на ранней стадии. Эксперты “сосредоточатся на маркировке, любых царапинах, осколках ракеты или бомбы внутри самолета, они видны на частях самолета, если взорвалась бомба или ракета”.

Впрочем, учитывая обстоятельства, связанные с этим крушением, старший научный сотрудник программы “Россия и Евразия” в Chatham House Кейр Джайлс считает, что мы никогда так и не узнаем, что произошло: “Независимо от того, было ли это преднамеренное убийство или нет, катастрофа настолько политически значима, что нет никаких шансов на то, что расследование будет прозрачным или надежным”.



[ad_2]

Source link